г. Ставрополь, ул. Лермонтова, 193

тел. 8 (8652) 35-92-70
16.06

Региональная Общественная Организация Национально-Культурная Автономия Абазин Ставропольского Края.

г. Ставрополь, ул. Лермонтова, 193

тел. 8 (8652) 35-92-70

Региональная Общественная Организация Национально-Культурная Автономия Абазин Ставропольского Края.

История человека, его языка, и его культуры

2018-04-10 00:00:00

История человека, его языка, и его культуры

 

Эта статья препровождает собой вопросы редактора журнала международной абхазо-абазинской ассоциации «Абаза» Аламиа Геннадия Шаликовича, и несколько расширенный вариант второй части статьи – ответов Муртазова Т.А., опубликованных в журнале Абаза.

 

Аламиа Г.Ш.

С Муртазовым Тимуром Амербиевичем знаком с юношеских лет, со времени обучения в Сухумском государственном пединституте (фак. физмат, отделение физики). Судьба разнесла нас в разные места и сферы деятельности, при этом мы не теряли связей окончательно. Тем не менее, был удивлён, когда уважаемые люди братского абазинского народа заговорили о разностороннем учёном, имея в виду моего старинного друга. 

Действительно, в его работах – 13 монографиях и научно-популярных книгах изданных в течение последних четырёх-пяти лет (три вузовских издания, два изданы в Германии, остальные в России), охватывается широкий диапазон знаний: от авторских моделей возникновения Вселенной, Человека (его Сознания и Разума), до расшифровки конкретной надписи «Зеленчукского камня», на языке Абаза.

Получив экземпляры изданных книг, ознакомившись с их содержанием (где глубинно, а где поверхностно), решил обратиться к самому автору, с просьбой кратко изложить цели и задачи обширного поля исследований – от генезиса целостного Космоса, до культурологических процессов отдельного места на Северном Кавказе.

Неочевидно, почему для раскрытия вектора устремлённости мировых процессов, используется новое направление фундаментальной науки – Космомикрофизика, а для раскрытия генезиса языка Абаза, используется другое новое направление в языкознании – Палеолингвистика?

Попросил разъяснить и патетику в авторской позиции относительно Человека, показанного космопланетарным феноменом. Неочевидно, насколько оправдано раскрытие процессов этногенеза численно невеликого этноса Абаза, в неразличимости с процессами целостного человечества? Автор изложил краткое содержание выпущенных книг в последовательности их написания и издания, и дал ответы на поставленные вопросы.

 

Муртазов Т.А.

Спасибо за предоставленную возможность хотя бы заочного общения с представителями наших народов, с каждым из которых был бы счастлив, знаться лично. Первое, на что хочется обратить внимание – это то, что все работы имеют непрерывную последовательную цепочку связей, исходных от единого концепта Человек, откуда вытекают логические построения.

Космогенез – это единый процесс рождение сущностей Мира – Вселенной, где были предопределены основы Жизни и Человека. Биогенез и эволюция жизни – также едины на всей планете Земля: всё живое произошло от одной единственной живой клетки, в эволюции раскрывшаяся до человека. Антропогенез – процесс историко-эволюционного развития человечества и эволюция самого человека – всеединое земное явление. Едины также реальности этногенеза, во всеобщие параметры которых вписывается непрерывность и непротиворечивость рождения всех народов мира, в том числе абхазо-адыгских этносов.

Следовательно, и сущность человеческого мышления едина, где во всеобщности проявляется генезис праязыка и эволюция протоязыков, далее, рождение и сохранение языка Абаза. Всё это вписывается в единое поле генезиса человечества. Тем более, язык Абаза по фонемному составу и архаичности сохранённой базовой лексики, относят к «моновокалическим» языкам каменного века (наряду с вишрам и чинукскими языками индейцев Мексики), также аранта (аборигенного языка Австралии).

При всём том, показанное понимание мироустройства не сложилось в достоверность научных знаний данного концепта. Отсутствуют надёжные данные о бытие праязыка – атрибута первоначального Человека. Нет знаний о фазах его распада на протоязыки, те, в свою очередь, на группы языков. Тем более, в классической лингвистике слабо аргументированы гипотезы о началах генезиса северокавказской группы языков, которые не увязаны с эволюцией, периодах существования некого протоязыка макросемьи, и т.д.

Эти проблемы в своей полноте обнаруживаются и в отдельно взятом языке Абаза, его связях, и его пространственно-временном разделении в макросемье. Достоверность факта существования этих языков описываются в лучшем случае как существующие не далее, чем 2 тыс. лет назад. Это когда научные течения языкознания: компаративистики, глоттохронологии и палеолингвистики, позволяют проникнуть в праисторию языка на глубину 13-10 тысяч лет. Палеогенетика же позволяет приникать в ещё большие глубины истории Человека – 60-70 тыс. лет.

Вместе с тем антропогенез и этногенез – это разные фазы одного непрерывного процесса становления человечества, относимого на гипотетическую глубину до 1 млн. лет назад. Собственно, из тех далёких эпох начинают формироваться первобытные общины древнего человека. Именно в среде будущих потомственных линий этих общин, восходят все современные этносы, в том числе и народы Абаза.

Однако эти процессы недоступны для изучения средствами классической лингвистики и историографии, требуются новые подходы современных наук. Например, всеобщность процессов целокупной Вселенной: от элементарных частиц, атомов, молекул, космических объектов и до Метагалактики, описываются едиными законами космомикрофизики. Именно в рамках данного фазового объёма раскрывается живой и мыслящий Человек – объект и субъект частей Мира (микро, макро и мега миров).

Следовательно, рождение (генезис) человека – мыслящего существа, необходимо описывается лишь в рамках палеолингвистики, где охватываются огромные пространственно-временные сферы проявления его сущности: от «членораздельного говора» предковых существ, до коммуникативного языка современных людей.

Даже в этом случае не представляется возможным разместить описание совокупности данных проблем в рамках одной книги. Поэтому для решения проблемной области, она декомпозируется на множество задач (решения которых раскрыты в нескольких книгах), и отображены в отдельных научных публикациях автора.[1]

Опишем краткое содержание первой монографии: «Космомикрофизика Вселенной и Человека» (на базе варианта издания: «Генезис Вселенной и Человека, в 3 томах). Здесь раскрывается содержание Человека – предопределённого кванта и предназначенного принципа Космоса, и самой Вселенной – конечной в пространстве-времени, части Супер Мира.

Анализируются, следом синтезируются теоретические аспекты начал Мироздания – сущностей мыслящей материи, открываемых в рамках философского антропогенеза и метафизики космогенеза. Выявляются основы мышления, для понимания места и роли человека в континууме процессов космомикрофизики. Рассматриваются перспективы развития человечества её места и роли во всеобщих процессах космомикрофизики.

Анализ существующих моделей рождения Вселенной показывает, что современные научные теории сверх меры разрознены, сами науки раздроблены на ответвления, слабо соединенные между собой. По отдельности каждая из естественных наук не аргументирует сущностное содержание, вложенное даже в свои же парадигмы.

Так, в космологии не комментируется начальное, тем более – доначальное состояние Супер Мира, откуда по неизвестным причинам возникла сама Вселенная. Более того, в этих моделях никак не связываются события генезиса Вселенной и рождения Человека. На наш взгляд, данные процессы относимы к периоду актуализации самой Вселенной. Скрытая разумность всего неразумного и скрытая жизненность всего неживого, находясь под влиянием высшей необходимости, – духа всеобщности становления систем Вселенной, объективизировала Человека, и тотальность его самосознания.

Для раскрытия данного положения, рассмотрены сложные связи семи видов времени и пяти видов пространства, размещённых в различных структурах единой системы, раскрываемые этапами их возникновения в определённых фазах рождения Космоса. Главное то, что эти сложные пространственно-временные отношения, и последовательность их возникновения, рассматриваются основными факторами рождения Человека – элемента всеобщности Вселенной.

Здесь выделяются особые объекты Вселенной – «Черные дыры», предназначенные для поглощения избыточной энтропии как результата функционирования физического Космоса и Цивилизаций, способствующих прогрессирующей эволюции живых систем. И всеединая воля космической цивилизации – «Белые Дыры», вырабатывающие целевую установку развития, эволюционирующие неживые системы.

На Белые дыры возложены особая миссия – рациональное высвобождение «замороженной в системах» энергии, способствуя созданию тенденции к возрастанию динамического хаоса (энтропии), как движущего фактора эволюции неживых систем. То есть, появление человечества (космической цивилизации), предопределено во всех процессах Космоса.

Принесенная патетика в дальнейшем обосновывается содержанием другой монографии – «Битва Сфинксов», посвящённой исследованию факторов генезиса Человека – космического события, комплементарного всем предшествующим и последующим явлениям во Вселенной. Феномен Человека раскрывается здесь путём выявления актов рождения его сущностных основ – Разума и Сознания, их порядка и противостояния, и их роли в рождении Разумосознания, их представительности в земных и космических процессах.

Эти фундаментальные проблемы являются темами, как догм религиозных учений, так и парадигм фундаментальной науки. Все эти положения отображены несколько ранее в монографиях, изданных в Германии: «Взгляды фундаментального консерватизма на проблему генезиса Вселенной и Человека», и «Контуры генезиса Вселенной и Человека в аспектах Космомикрофизики».

Отмечается, что в культовых, так и научных взглядах, не подвергаются анализу многие изъявленные процессы космических и земных событий, объяснение которых, естественно не имеет строго научного обоснования. Отчего данные проблемы относимы к сверхъестественным явлениям, даже в религиозных толкованиях, где они причисляются к чуду творения. Эти неопределённости в познании отображаются лишь некими таинственными сущностями Мира.

Наиболее ярко данная проблема высвечивается в воссоздании изначальной природы человека, где представляются две версии его генезиса: будто бы результата «шумного измышления» обезьян (дарвинизм) или безмолвия «невысказанности» Творца (креационизм).

В том и другом случаях, высказывается мысль о рождении образов мира, отображаемые актами понимания: «разумом» или «сознанием»; мыслящей душой или промыслительным духом человека. Причём, научная теория систематизирует данные начала человека, формализуя их как явленные акты, не вскрытые до истинности знаний о них – материально-духовных начал; религиозные догмы нормализируют их в идее Начала, противополагая их явленным фактам, отрывая от реальности – яви.

В религиозных учениях, разделяется чувственный и духовный мир, при этом, поклоняются лишь одной части, разделяя человека и Единую Целостность Бога. Боготворят исполненный акт создания человека, и его бытия, будто совмещающегося с замыслом Промыслителя. Здесь Творец – принципиальный Принципал, от имени которого действует пророки, наставляя человека на чистоту движения к уже избранной цели – Богочеловечеству, в масштабах Земли.

Идеальный Творец раскрывается как всеведущий, всевидящий, всевластный, всезнающий, всемогущий и беспредельный. Он содержатель всех сущностей Мира, осуществляющий исполнение имманентного назначения всех объектов Космоса. И человек, как один из сотворённых – избран, для представления духовного бытия идеального миропорядка, в своей стезе реализуя себя в мире страстей: бытовой душевности, слабости, зла и непотребства – данных ему сверху для испытания. При этом он везде, во всех своих слабостях, ищет оправдание идеальному Творцу, обеляя и себя путём отнесения в адепты Его Духовного Мира. [2]

И в научных направлениях разделяются чувственный и духовный миры, при этом, преклоняясь лишь одной части, этим отделяя человека от Единой Целостности Вселенной. Здесь «творец» человека – случай, формальный Принципат, без замысла и цели контроля чистоты исполнения. Поэтому нет возможности рассматривать целеполагающую эволюцию механизма Мироздания. Путь человека не описан от предопределённого начала, к предназначенному концу. Лишь разбирается хаос случайностей масштабов Земли – движения от обезьяны до мыслительного человека.

В результате этих недомолвок, поиск Бога в бесконечных мирах горних – закрытая дорога для верующего, ограниченная пределами его познавательного аппарата. Где отыскание творца внутри себя – это дорога из реального мира сего в мир дольный, ограниченное пространством его «кельи». И поиск духа-творца вне пределов своего тела направлен в тупик, упирающийся в гранитную, непробиваемую твердь науки, и отыскание в проявлениях своей природы божественного дара – душу, внутри себя, ошибочно ограниченно познаванием лишь природы структурной единицы тела человека – «амёбы».

Причинность подобного состояния познаний, базируется на тотальном отрицании единого информационного поля Космоса, возможно, содержащего всеобщее Добро, этим обосновывая творение зла против космического миропорядка Земли и естественной природы человека. Лишь тогда допускается, что сращение индивидуального с Абсолютным воплотит действительность в каждом человеке, погружая его внутренний мир в себе, как части всеединого и целого – Духо-Материи.

Присущее субстанции сращенность реализуется духом человека, вовлекающим его душу в тотальность процессов целостного мироздания. Действительно, в описании конкретной формы прогрессирующей материи – Жизнь, и её эволюционной формы – духовный человек, в целом справедливы закономерности всей материи. Поэтому в основы мироздания должны быть совмещены Дух и Материя, что собственно наблюдается в Человеке.

Везде опираясь на неинформированность человечества, затворяются истинные знания о макрокосме и микрокосме, и процессах в данных сложных системах. В то же время, забрасывают людей достопамятным видением мира, то ли развращающей информацией бытового уровня, или же разоружающим извещением из идеальной сферы инобытия. Манипулируют сознанием и мышлением людей, видоизменяя характер процессов Природы. Создаются «идеализированные» верования, более развитые технологии, будто основные признаки развития человека – этим, разрушая Планету и Человечество.

Мы, на основе анализа и синтеза информационных потоков внутренней среды Человека – феномена Мироздания, и его внешней среды – всеобщих процессов самоорганизации, отображаем модель реальности мира – мироосознание единства и всеобщности Вселенной. Космопланетарный человек рядовое явление Космоса, комплементарный всем предшествующим событиям, предустановлено актуализировавшие его, и всем последующим явлениям, где он предназначенный элемент гармоничного развития Вселенной.

Отталкиваясь из данных формально противоречивых положений, исследуются метафизические начала Человека – сознание и разум, уподобляя их с духом и душой соответственно. Они рассматриваются как предчувствующее сознание – организатор процессов логического мышления человечества масштабов Земли (Космоса); так и разумным исполнителем бытия – устроителя личностно-семейного бытия, масштабов общинного жития. Они, сращиваясь в разумосознании, формируют «одухотворённую душу» – сущностную основу Человека, предтечи микрокосма.

В подобных исследованиях непременно возникает трудно разрешимая проблема – это раскрытие таинства рождения языка Человека и человечества – коммуникационного аппарата высшего уровня, как результата совместного функционирования живой, смертной души, и неживого бессмертного сознания.

Поэтому, в следующей монографии: «Атабаски, Абаски, Баски», рассматриваются дальнейшие линии генезиса человека – этногенез и лингвогенез, на базе раскрытия становления сино-кавказской макросемьи языков, древнейшей из всех представленных на сегодняшний день семейств языков. Именно доказательство причисления абхазо-адыгской группы языков к данной макросемье, основная цель этой работы. При этом отходя от ошибок классической лингвистики – причисление данной группы языков к «иберийско-кавказской» семье языков.

Работа охватывает обширное поле знаний о рождении носителей языков сино-кавказской семьи, которое опирается на сведения из антропологии, истории, археологии, этногеографии и палеолингвистики. Эти обозрения применяются для формирования гипотезы о месте и времени рождения абхазо-адыгских языков северо-западного Кавказа – части сино-кавказской макросемьи, путём отображения процессов их этногенеза, и рождения их этнокультур.

Попытки воссоздания контуров праязыка опираются на лексикостатику – базовую часть архаичного абхазо-абазинского языка. Именно её реликтовые элементы соотносятся к частностям единого поля лингвокультуры макросемьи.[3]

Здесь исходим из того, что незапамятный человек не отъединял, скорее, отождествлял звук с предметом, находя звук не как примету явлений, считая их будто долями самих вещей. Идущие издалека звуки раската и падения камней, дрожание собственного отклика (эхо) и рёв зверей, всё это он замечал, выделял и подражал им, как образам живых действующих лиц. Другие звуки, которые гасли в ландшафтной среде, он освоил позже, когда уже стал активным фактором преобразования среды обитания.

И в первом, и втором случаях, человек изначально мыслил, создавал образы мироосознания, далее – озвучивал осмысленье. В мире звуков он устанавливал границы своего ареала, обозначал свою силу и свою значимость. Он был одним из зверей, более того, своим разумом отмечался царём. По всем этим признакам раскрытия свой сути, он оставался животным, описываемый эволюционной парадигмой (дарвинизмом).

Все-таки изначальный Человек возник как духовное существо, он никогда не выходил за пределы свой сути. Не угасала в нём сила духовности – «вспыхнувшего» сознания, принося образы языческих божеств. Лишь в процессах становления (эволюции), он, на начальных этапах, идентифицировался животными признаками – ареальной рациональностью бытия – самосохранение себя в любых ситуациях. Со временем он возвращается к исходной своей сущности (religio), набожности и благочестию – осознанию свой жертвенной духовности.

В процессах Вселенной присутствуют акты рождения внешней потенции Человека, его подлинная субстанциональная сущность – дух, растворяющий его в деяниях формирования мыслящего человечества. И в процессах субстратного микромира, вероятно раскрытие внутреннего начала – души, фрактала, участвующего в актах формирования индивидуальности.

Кратко наметим подобными научными терминами, и те функции действий, трансформировавшие доначальное существо к виду и роду –Человеку, «прописанные в путевом плане» раскрытия его сущности. Отметим и те разделы науки, которые фрагментарно исследуют отдельно выделенные темы. Зафиксируем и то, что лишь космомикрофизика охватывает совокупность проблемных аспектов генезиса Человека.

1) Сохранить в безэнтропийном виде информационную матрицу жизни, с обеспечением её необходимой энергией в гомеостатическом режиме термодинамических характеристик структур организмов. Так представляет жизнь (в том числе и человека) генетика.

2) Измениться, и подстроится к окружающей среде увеличением энергетики функции, за счёт изменения топологии структур организмов – считает в целом эволюционизм (дарвинизм).

3) Сохраниться в изменчивости прогрессивного движения, отталкиваясь от достигнутого уровня: от организма до человека, и снова возврат к топологии микрокосма, как путь разумно-сознательного преобразования Человека и Вселенной. Это концепт из космомикрофизики.

Далее, в анализе и синтезе языковых признаков рождения человека, приводятся многочисленные совпадения понятий (слов) архаики языка Абаза с древней (духовной) лексикой основных языков сино-кавказской макросемьи: китайского, тибетского, на-дене (атабаски), баскского, енисейского, этрусского, хаттского и др.

Сами духовные ориентиры древнего человека – это поучение, регулирующие общинные ценности. Зарождаются культурные формы земного общежития и идеализированные образы невидимого мира. Всё это находит отражение в рождённом Слове. Исходя из данных определений, раскрывается исторический факт генезиса слов, и понимание глубины содержания понятий и ценностей этнокультуры. Следственно, данные слова и понимание слов из других языков макросемьи, могут идентифицированы в архаике абхазо-абазинской лексики.

Когда говорится о протоязыке, тогда речь идёт об этносах, людей связанных единой внутренней культурой – стереотипом мироощущения и поведения для каждого носителя, живущего по общим правилам неповторимой культурной сферы. На начальном этапе самоопределения, они не противоречивы с установками единого мышления, исходными от предчувствия Бога, распределёнными в духовных началах индивида, закрепляемые в миропонимании этноса, этим предопределяя вектор развития человечества – духовность.

Однозначно к единому абхазо-абазинскому пантеону божеств вершинному образу их духовности, можно отнести Анчва – демиурга, созидающего начала Вселенной. Именно он, мировой дух – это всеобщий и всевластный Бог. Особенностью Анчва является то, что здесь используется древнейший образ – АН (от Ханаана и до Евфрата было устойчивое поклонение Великой неолитической богине Анат – богине-матери), который в языке Абаза переводится как – «мать», образ, возникший при матриархате. Это центральное женское божество – материнский покров (оболочка), обволакивающий, и востребованный в качестве высшего оберега. В дальнейшем это образ воспринимается как мужская сущность.

Ипостаси Бога возникли в жреческой (друидской) среде – творцов протоязыка, архаика которого сохраняет сущность этих функций, и согласно понятию, отображённому в древнеегипетском символе АН-К-Х (мать + грудь + молоко) – это «Мать, кормящая грудным молоком». В Древнем Египте имеются изображения, которые символизируют получение правителем божественной власти – на них фараона кормит своей грудью Исида или он пьет молоко из вымени небесной коровы. 

Протоязык макросемьи, с утратой связей, расходится значительно со временем. Так, в китайском языке обнаруживается не более десятков совпадений с общей лексикой живого языка Абаза (в базовой лексике и того меньше). Даже в близких языках абхазо-адыгской группы языков сохранились не более 25 % базовой лексики протоязыка. Замечается заметное расхождение даже между абазинским и абхазским языками.

То есть, существует некоторая историческая диалектика – прошло время дивергенции языка Абасков (ашуйцев), настало время конвергенции языка Абаза – абазинского и абхазского языков (в работе предлагается единый алфавит абхазско-абазинского языка из 72 фонем). Учитывается, что отобразить в алфавите фонетические особенности четырёх диалектов (90 фонем), более того, многих говоров этих диалектов – не рационально.

Фонема – это образ реального звука речи, однако, как всякий «образ» – абстрагирован (в религии идеализирован). Поэтому, требуется найти некие концептуальные образы, которые присутствуют наиболее полно в базовой лексике речи гипотетического языка Абаза, без утраты бзыбского фонда звуков абешлайского начала, также, ашхарско-тапантийского языка ашуйского начала. 

Кроме перечисленных неясностей, бытуют и конкретные проблемы. Одинаковые фонемы абазинского и абхазского алфавитов, передаются различными буквами и буквосочетаниями; количество фонем различно для передачи слов-синонимов. Всё это будет препятствовать реализации идеи о создании (реконструкции) единой абхазо-абазинской письменности.

Для реализации подобного потенциала языка Абаза, предварительно необходимо произвести ревизию лексического состава этих языков, по четырём уровням близости: язык, наречие, диалект или говор. Такая необходимость диктуется снятием неопределённости: являются ли два близкородственных слога диалектами или разными языками?

Древний язык Абаза многократно подвергался процессами дивергенции, вслед за ними – процессами конвергенции; носители этих языковых особенностей сходились и расходились. Предковые общины абазин неоднократно уходили в другие места (предки абхазов жили в стабильных местах), и их языки развивались автономно. Даже когда некоторые из них вновь возвращались на свою старую родину, где оставались осколки их предковых общин, они находили заметные модификации в своих языках.

При всём том, прослеживаются две линии этногенеза, соответственно им – две линии языков, результатом чего становится двухядерность языков абхазов и абазин, оформленных в четырёх покровах их диалектных особенностей. Ни одна линия не является чистой, т.к. многие общающиеся общины сливались частично, или полностью растворялись в одной из линий, некоторые из них, приобретя, или отдавая что-то из своей базовой лексики, присоединялась к старой линии развития. Всё это обеспечивало стратегическую непрерывность существования единой базовой лексики, взаимно понятной для каждой линии. 

Процессы дивергенции и конвергенции языков абхазов (апсуа) и абазин (ашвуа), находят своё подтверждение и в признаках формирования этих этносов (биология) и истории их развития (глоттохронология).

По данным ДНК-генеалогии имеются самостоятельные линии развития автохтонных этносов северо-западного Кавказа уже в V-II тыс. до н.э.  И по данным глоттохронологии, выделение абхазо-адыгского протоязыка из сино-кавказского праязыка, произошло не ранее 7-6 тыс. лет назад. Разделение абхазо-адыгского языка произошло около 3 тыс. лет назад, со времени которого самоопределяются многие этносы, развиваются этноязыки. Остаётся проблемной, удостоверение даты распада языка Абасков на абхазский и абазинский языки, то ли в I тыс. н.э., или же в II тыс. лет н.э.

Следующий за этим этап раскрытия процессов этногенеза, отображается в работе «Абазг, Абаза, Абазин», где рассматриваются проблемные аспекты этногенеза абхазо-абазинского народа, его этнокультурного облика и современного состояния этнических процессов в регионе. Ставится целью уточнить историю этих этносов, непротиворечиво связанную с теорией происхождения народов, размещении их в пространственно-временных фазах становления, до известного настоящего состояния. Не останавливаясь лишь на событиях недавнего прошлого, описываемого методами этнографии.

Для чего показывается несостоятельность и ошибочность отображения этих процессов в местной, и не только, историографии. Наши выводы базируются на критическом анализа известных материалов этногенеза, на базе методологии этнологии. Это новое освещение фактографического материала, устраняя многие неточности, предоставит возможность более ясного представления этногенеза народов северо-западного Кавказа, проистекающих многие тысячелетия.

Изначально настораживает то, что в беспрерывных исторических событиях, народ Абаза, раздираемый внутренними противоречиями и амбициями князей, рассеянный на большой, трудно доступной для общения территории, не создал единого государства, и единой стабильной армии, для своего же самосохранения. Данное положение усугубилось в недалёком прошлом, что поставило, в частности, абазин перед выбором – сохранение себя любой ценой, или безответственная самоликвидация.

Отмечаемые эмоциями положения не зафиксированы однозначно в исторических фактах, что является оплошностью исторической науки. Существуют многочисленные пробелы их истории, и проблемы их интерпретации. Поэтому в данной работе проявляется самобытный интерес к мало исследованным (неисследованным) темам истории Абаза. Наряду с чем раскрывается философское мировоззрение народа и их научное миропонимание среды; выявляются лингвокультурные связи в фазах их этногенеза, с временными этапами рождения близких народов.

В многочисленных работах предшественников, описывая исторические процессы недалёкого прошлого, не затрагивают проблемы этногенеза. Не достаёт понимания того, что все этносы стартовали с завершения единых для всех параметров антропогенеза. По большому счёту довольно было бы мировоззрения о всеобщности процессов, и уникальности явлений, в рамках которых раскрывается общее содержание эволюции – совместное, или параллельное становление всех редкостных этносов.

С научной точки зрения, в процессах глобального этногенеза не сформировалась какая-либо одна избранная нация на Земле, тем более, остальные будто как нации изгои. И многочисленность, или малочисленность нации, это всего лишь факт из недавнего прошлого, ранее они представлены были в другом количественном отношении. Всё-таки подобного философского видения проблемы не хватает некоторым местным историкам, и историографии в целом.

В данных работах, при их показном псевдонаучном уровне, искажается отображение ранних этапов этногенеза автохтонов Кавказа, где Абаза, если и обращают внимание на них, относят к «малоразвитым» этносам, что вызывает много нареканий. В их исследованиях народы Абаза показаны пришельцами ниоткуда, без истории и культуры, без традиции и кавказского менталитета.

В противовес этим предвзятым суждениям предстаёт комплексное, системное раскрытие лингвокультурной принадлежности одного артефакта – «Зеленчукской надписи». В книге показывается, что захоронение в Нижнем Архызе, по системе признаков принадлежал абазгам. Этим отмечая вероятность автохтонства абазгов на Северном Кавказе не позже 9-го века, изобличая частные мнения, будто абазины «появились» здесь из Закавказья в 14 (даже 17-18) веках.

Всё это является результатом отсутствия также исследований абазинских, и даже абхазских учёных, не «заглядывающих» в глубины исторических процессов, где соседние этносы уже мысленно «застолбили» всё пространство их этногенеза, установили свои «национальные флаги». Их освидетельствование народов Абаза базируется на обозрении поверхности замутнённых вод истории, что собственно устраивает всех, кроме истины.

Недочётом истории Абаза является и то, что потеряли человека, его глубинную сущность – творца и мыслителя. Будто нет у народа устойчивого мировоззрения, философии жизни, человечности, исходной из глубин истории. В лучшем случае, он представлен исполнителем некого межэтнического кодекса, без какого-либо обязательства его осознания; неким покорным тружеником – неприхотливым существом, с неизменчивым во времени нравом, что не отображает его характер. Существует потребность отображения становления этноса Абаза путём описания его этнического менталитета, и антропологии его сознания.

Кроме того, внутри конгломерата братских этносов, которые тысячелетия жили в понимании единой судьбы, исходной от единой истории, появились «переписчики» всеобщности связей, и проводники не менее радикальных действий, сводимых ими к «горячим местечкам», непременно принадлежащим, вроде бы их роду-племени. Они, суммируя территории этих «спорных» поселений, экстраполируя их до внешних границ Кавказа, «формируют национальную собственность».

Со всех сторон сталкиваемся с амбициями соседей, беспощадно упрощающих этногенез Абаза, которые, в отрыве от всего многообразия мира людей, отображают историю, лишь в узких рамках своей неосведомленности. Этим, вынося приговор всему процессу их этногенеза, распределённому в пространстве и времени нескольких тысячелетий.

Главное здесь, это понимание глубинных процессов рождения и эволюции народов Абаза, где они едины и неразделимы были всегда. Даже когда жили порознь – их соединяла историческая, многоплановая единая культура. То есть, знания отдельных фрагментов наносных слоёв этногенеза, не должны вбираться в отличительные признаки народов. Все народы в чём-то братья, лишь некоторые – родные братья, и редко – близнецы.

Основная проблема, раскрываемая в предоставленных произведениях, исходит из понимания сквозного этногенеза, без каких-либо преференций для «избранных» народов. Сквозной этногенез – это особенность непрерывного движения всех людей в тысячелетних процессах, и специфика становления всех народов, представленных сегодня на карте мира.

Начиная с античных времён (когда и ранее), во всех описанных процессах этногенеза, достаточно веско отмечается движение предковых общин и этносов Абаза, в общей семье соседних народов от Малой Азии до Кавказа. При этом требуется более пристальный взгляд истинных профессионалов, болеющих душой за воссоздание подлинной истории древних этносов – предков современных народов Абаза.

Итак, подобным образом раскрывается единство процессов Космогенеза и этногенеза, где непременно присутствовали в целом, все мыслимые линии рождения народов, их возникновения, и их эволюции. Куда естественным образом вписываются все этапы становления этноса и языка Абаза, наряду со всеми этнокультурами мировой цивилизации.

 

 


[1] Муртазов Т.А. Гносеологический предел парадигм и догм. Изд-во СевКавГТУ, 2006. – С. 41-51.

Муртазов Т.А. Жизнь и биологическая смерть. Изд-во СевКавГТУ, 2003. С. 164 – 169.  

Муртазов Т.А. Идеальный мир материализма. СевКавГТУ. 2004.

Муртазов Т.А. Интерциклы СуперМира. СевКавГТУ, 2005. С. 76-80.

Муртазов Т.А. Материальный мир идеализма СевКавГТУ за 2004 год. Том 2.

Муртазов Т.А. Место человека в ноосфере и его роль в психосферных процессах космомикрофизики. Первый Ноосферный Северный Форум, «Ноосферизм: Арктический взгляд на устойчивое развитие России и человечества» // «Академия Тринитаризма», М., Эл № 77-6567, публ.14608, 17.10.2007.

Муртазов Т.А. Миропонимание как основа мировоззрения. СевКавГТУ. 2004. С. 23 – 24.

Муртазов Т.А. Монады как сущности жизни и смерти. Международная конференции Циклы. 2005. С. 57-66.

Муртазов Т.А. Начальные условия Вселенной. Изд-во СевКавГТУ, 2003. С. 169 – 173.

Муртазов Т.А. О видах эволюции в природе и обществе. Изд-во СевКавГТУ, 2003. С. 173 – 178.

Муртазов Т.А. О проблемной точке синергетики. РИА–КМВ, 2006г., С.167-170.

Муртазов Т.А. Проблемные аспекты локализации сознания. Изд-во СевКавГТУ, 2003. С. 178 – 196.

Муртазов Т.А. Проблемные аспекты теории «Большого взрыва». СевКавГТУ за 2003 год. С. 39-40.

Муртазов Т.А. Проблемы сингулярной точки. Изд-во СевКавГТУ, 2003. С. 196 – 200.

Муртазов Т.А. Связь понятий: Душа – Дух и «Жизнь – Разум – Сознание» в аспектах мировых религий. СевКавГТУ за 2004 год.

Муртазов Т.А. Философские аспекты физической картины мира. СевКавГТУ. 2004. С. 24 – 26.

Муртазов Т.А. Функциональное соотношение разума и сознания. СевКавГТУ. 2004.

Муртазов Т.А. Целенаправленная эволюция систем. СевКавГТУ, 2005. С. 66-73.

Муртазов Т.А, Муратова Е. О видах эволюции в природе и обществе http://nostalgia.ncstu.ru/content/_docs/pdf/conf/past/2003 /4st/12.

Муртазов Т., Муратова Е. Эволюция представлений о пространстве и времени www.studyroom.ru/gotovie/KSE /kse00001.htm.

 

[2] Данные мысли изложены впервой в вузовском издании автора «Мировые религии о месте и роли человека на Земле и Небе».

[3] В авторской рукописи новой книги – двухтомника «Язык Абасков», приводится список возможных изначальных слов-фонем (780), достаточных для бытия протоязыка, и около 4000 реликтовых слов – архаичной лексики языка Абаза (названий широко

Назад к новостям